На свет луны, не разлучаясь
Летела пара лебедей.
Вдруг, резкий выстрел, и снижаясь
Один срывается к воде...

Успел он крикнуть, исчезая:
"Прощай, нам не спастись вдвоём,
Ты вспоминай меня, Родная,
Лечу я вниз с одним крылом."

Упал он в воду, смерть отсрочив
Всё ближе лай собак сквозь тьму
Но вдруг увидел в небе точку
Его избранница - к нему:

"Любимый мой, взлетай!" - она кричала,
"Вернусь обратно только лишь с тобой!"
Её решимость силы придавала...
"И я взлетел с одним крылом.

Сквозь залпы, свист и лай собачий
Твоё крыло с моим, и снова в высь!
Благодаря твоей самоотдаче,
От смерти мы с тобой спаслись..."

Не знаю сколько ждёт нас испытаний
Но я запомню навсегда одно:
Ты для меня спасеньем стала,
Твоя любовь - вторым крылом.

Тот день сентябрьский был обычным,
Пока ты не вошла в наш класс.
Вдруг изменился мир привычный.
Попал я в плен прекрасных глаз.

И полетели записки и взгляды,
И загорелся в сердце огонь.
Награды выше мне не надо,
В моей руке - твоя ладонь.

И вспоминая те мгновенья,
Ходил я в школу не для знаний.
И вместо правил, уравнений
Писал в любви тебе признанья.

И полетели записки и взгляды,
И разгорелся в сердце огонь.
Награды выше мне не надо,
В моей руке - твоя ладонь.

Но время шло, и всё исчезло
Как детства быстрое мгновенье.
Лишь в сердце где-то тихо тлело
От чувства перового волненье.

И пусть улетели записки и взгляды,
Но сохранился в сердце огонь
И в нем останется моя награда,
А в памяти - твоя ладонь.

В один из дней две жизни вдруг оборвались,
На Страшный Суд их души к небу вознеслись.
Один - священник был, по Божьей воле,
Другой - шофёр, любитель алкоголя.
И вот стоят они у врат небесных,
Пред ними сам Господь, в руках его весы.
На чашах их дела - и вредных и полезных.
Стучат безжалостно небесные часы.

Что дальше? Что в конце пути нас ждёт?
Кто в рай, кто в ад, казалось бы, понятно.
Но в небесах, у Бога свой учёт
И нашу жизнь нельзя вернуть обратно.

Господь взглянул на них, и молвил приговор.
Сказал шофёру: «Пропускаю тебя в Рай!»
Потом на пастыря направил строгий взор:
«А ты, служитель церкви, в ад ступай!»
Священник в крик: «Отец! Помилуй, и прости!
Да как же так?! Я вёл людей к Тебе… молился!
А эту пьяницу в раю ты разместил…
Он трезвым не был год, да и сейчас напился!»

Господь вздохнул и, на него взирая,
Сказал: «Когда ты проповедь читал
Приход зевал, от скуки засыпая
И обо мне никто не вспоминал…
А вот шофёр, когда автобус свой водил,
И гнал по трассе, тормоза сжигая
Там даже атеист себя перекрестил,
От страха имя Господа взывая!

В его салоне каждый пассажир,
Ко мне в своих молитвах обратился!
Он больше душ привел ко Мне за этот миг,
Чем ты за год, что в церкви той трудился.
Шофёр всю жизнь над пропастью, по краю,
Возил людей, доверивших свой путь.
И спился, всеми брошенный теряя
Свою работу, не сумев вернуть.

Что дальше? Что в конце пути нас ждёт?
Насколько искренне и для кого вы жили?
А в небесах у Бога свой учёт,
Такое место после смерти заслужили.